Автор: Торетти
Бета: не бечено
Рейтинг: G
Жанр: стёб, плоский йумор
Краткое содержание: заметки Кучики-тайчо
Дисклеймер: вообще не моё, даже буквы принадлежат алфавиту.
Предупреждение: ООС, юмор идиотский, смеяться после слова «лопата», Бьякую люблю, можете не верить)))
Можно критиковать и предавать автора анафеме, продолжение возможно.

Самая удачная идея — написать на обложке дневника «Свод законов дома Кучики». Теперь его можно бросать где угодно, никто не полезет читать. Одно удовольствие наблюдать за тем, какие лица становятся у людей, когда они натыкаются на мою ледяную физиономию взглядом. Ха! Глубже нужно смотреть!

Был на собрании капитанов. Неизвестно по какой причине коса Унохана-тайчо показалась неудачным косплеем бороды Генрюсая-доно. Посмотрел ещё раз, сравнил. Косплей и есть. Чтобы не хихикать, пришлось себя уколоть булавкой.

Лейтенант Абарай — невоспитанный тип. Отчётливое желание бросить в него кисточкой, когда он зевает на рабочем месте. Причём так, чтобы кисточка попала в рот.

Поймал себя на том, что на ветру моя причёска смотрится омерзительно. Такое ощущение, что на голове сидит холлоу. Ну да, точно — кейсекан вместо маски пустого, и пряди волос от ветра непрерывно шарят по лицу, как ложноножки. Бррр… Или не выходить в ветреную погоду или имидж сменить.

Хинамори напилась и изливала своё горе почему-то мне. Мол, теперь Айзен стал таким же ублюдком, как я. Как она сказала? «Рожа ледяная, но Айзен хотя бы улыбается». Ну знаете, ребята, вот я ещё под Айзена не подстраивался.
ЗЫ: попробовал улыбнуться как Айзен — треснуло зеркало. Семь лет неудач.

Зря я тогда сказал Айзену «Что б тебе пусто было»… Кто же знал, что он сочтёт это хорошей идеей.

Вот как можно серьёзно воспринимать Абарая? Пришёл пьяный, уснул на рабочем месте, храпел, как бабуин, а когда я на него наорал, этот безродный сквозь сон пробормотал: «так точно, Кенпачи-тайчо!» и снова задрых. Таким униженным я себя давно не чувствовал.

И всё же я уверен, что Юмичика Аясегава не такой. Ну не такой он! Мы проговорили три часа и всё о приличном — никто не пытался никого соблазнить. Все мы носим маски — я маску ледяного ублюдка, Юмичика — маску самовлюблённого идиота.
Хотя я не прав — Зараки не носит маску. Таких масок просто не делают!!!


Интересно, как скоро меня упекут в четвёртый отряд, если я после построения повернусь, оттяну пальцем нижнее веко и покажу офицерам язык? Надоели хуже горькой редьки — у них при моём появлении становятся такие рожи, как будто задницей в снег посадили. В этом смысле я лучше с Абараем посижу: хоть он и скотина, но, по крайней мере, считает меня живым, а не мраморным.

Кенпачи меня не любит. Впрочем, я его тоже не люблю. Редкая гармония.

Побольше пафоса, побольше пафоса! ААААА, как же меня всё бесит!!!!

Пить чай с Абараем — это вроде тренировки на скорость. Я не успел сунуть в рот ни одной печеньки! Но какое у него смешное лицо было, когда он это сообразил!

Куросаки плохо влияет на Ренджи. После знакомства с этим рыжим недоразумением Абарай начал игнорировать дорожки и протоптал дурацкую тропинку прямо через клумбу с петуньями. Ему, видите ли, так удобнее. Я сам вчера по это тропинке прошёлся — да, удобнее, но это ещё не повод топтать клумбы! Если так долго обходить половину сада — будьте любезны шунпить по воздуху, я же не запрещаю, кажется?

Правили отчёты — я даже не разбираю уже, кто и что напутал, но пришлось долго работать. Вот, уснула, заноза руконгайская, прямо вырубилась. Потянул его, чтобы не портил недописанный документ, так он сгрёб меня за ногу, ткнулся мордой куда-то в пах и задрых. Сейчас лежит головой на моём бедре, а я сижу, как идиот, и ноги затекли. Хоть отчёты править не мешает. Но так мило — спит, руки и ноги подёргиваются, а нижняя губа во сне смешно топырится. Почесал за ухом — мурчит. Дали лейтенанта, мать вашу, ребёнок…

Спустя три часа: ничего себе ребёнок!!!! Слов нет вообще.

Проиграл Абараю в камень-ножницы-бумага. Не нравится мне его ухмылочка, особенно вот эти нарочито-невинные глаза и вопрос: «Чем расплачиваться будем, тайчо?»

Вспомнил, как уговорил Айзена в своё время вместе ходить на курсы испанского языка. Ну откуда я мог знать, что так получится? Моя дорогая Эспада. Тьфу.

И ещё

Обижает прозвище «ледышка». Посмотрите на лицо юного падавана Тоширо или на вечно трагичную физиономию Исиды Урюю! И кто из нас ледышка? Они оба принципиально не улыбаются, и никто им слова не сказал.

Я не спал с Гином, это сплетни. И драгоценности ему не дарил. Просто попросил зайти в ювелирную лавку и подержать открытыми глаза, пока я буду выбирать рубины. Должен же я с чем-то сравнивать камни?!

Меня не тяготит собственная родословная. Скорее угнетает несколько фактов. Вот взять, для примера, Рангику-сан. Кто-то может мне объяснить, почему у аристократок харизма не дотягивает до её размеров? И после этого мне говорят, что я веду себя скандально!

Абарай сказал, что я не понимаю шуток. Конечно, запустить жабу в бассейн, когда я решил поплавать — очень остроумно! Ах, он не знал, что придёт Ичимару. Не оправдание. На фразу «две лягушки» я отреагировал вполне мирно только потому, что у меня нет привычки плавать в бассейне с занпакто наперевес.

У Ямамото-доно прекрасное чувство юмора, кстати. Нет, я ни разу не слышал, чтобы он шутил или смеялся, но усмехается в усы так, что сразу понятно — он что-то знает…

ЗЫ: неужели и правда знает?! Нужно поставить Абарая на место.
ЗЗЫ: как оказалось, Абарая на место можно только положить. Парадокс в том, что в этом месте обычно сплю я. Обидно.

У Рукии всегда такие глаза, как будто она или вот-вот заплачет, или признается, что это именно она унесла все конфеты из буфета. Хотя я точно знаю, что конфеты попятила Ячиру.

Абарай, как ты мог… Этот шарф стоит столько, что твоей зарплаты за всю жизнь не хватит, чтобы такой купить. Ну не предназначен ТАКОЙ шарф для связывания! Но, должен признать, с Ренджи жить стало веселее. Хотя я теперь ни за что не сяду спиной к открытому окну.

Плохо спал. Снился Тоусен — он был окружён арранкарами и говорил: «Поднимите мне веки». Почему-то этого я во сне боялся. Проснулся уязвлённым и морально седым.

Кто-то пустил сплетню, что я сплю со своим лейтенантом. Ага, с ним заснёшь, как же.

Убедился в том, что воздух Уэко вреден для здоровья. Айзен прислал записку — боюсь даже разворачивать и читать. Потрогал её палочкой — шуршит. Пусть полежит пока на столе.

Отвлекли, причём настолько, что автоматом прочитал записку Айзена и чуть не проставил на ней входящий номер, как на официальной корреспонденции. Воздух Уэко ест мозг, факт. Иначе чем объяснить то, что Соске потянуло на романтику. А главное — как ему отвечать? И не ответить нельзя, скажут, что струсил.

Нежной сакуры лепестки
Разрешишь мне увидеть вновь?

Назвать лепестки Сэнбонзакуры нежными можно только наркотическом бреду. Взял его бездарность и дописал:

Последний взгляд перед смертью
Лучше бросить на сакуры цвет.

Отправил. Пусть думает, подонок, кому и что пишет.

Спустя два часа: кажется, я вызвал Айзена на дуэль? О_О



И вот третья часть. Кажется, попустило)))

Кажется, Шухей — тайный провокатор. Я о его татуировке. Или это я такой испорченный, но почему 69??? Если ни на что не намекал — написал бы 45.

Куросаки плохо влияет на Рукию. Девочка принесла с грунта понятие «гопник», я попросил объяснить, что это значит. Она не нашла ничего лучше, чем привести в пример Мадараме. Похоже, что гопник — это не так уж и плохо.

Куросаки плохо влияет на меня!!! Он на всех влияет плохо! Ещё немного, и я начну отпрашиваться с собрания капитанов по рецепту Куросаки — «А можно мне в туалет?»
Это до добра не доведёт.

Лингвистические изыскания могут быть такими забавными. Приветствие, которое любят в одиннадцатом отряде, звучит так: «Йо!». Я знаю, что без Йоруичи тут не обошлось. Куросаки с ней общается, и тоже говорит «Йо!» — если по логике, то и я должен? Какой кошмар…

ЗЫ: знаю, что это невозможно, но Куросаки плохо влияет на Шихоуин. Хотя тут вопрос, кто на кого влияет хуже.

Временно исполняющий обязанности шинигами, Куросаки Ичиго. Звучит издевательством — он ничем больше не занимается, только шинигамит до потери пульса. Если посчитать часы, то я тоже временный и.о. капитана шестого отряда.

Мой мир разрушен — я увидел Маюри без грима. Не понимаю, честное слово. Зачем так себя уродовать? А ведь он ничего, когда отмоешь.

Обзывать Ичимару «лисомордым», когда рядом прогуливается Комамура-тайчо — неслыханное хамство. Причём обидно обоим.

Кенпачи по секрету проорал мне на половину Сейретея, что часть шинигами за глаза называет меня «Бяка». Поскольку голос у Зараки громкий, что-то подсказывает, что контингент нахалов увеличился втрое.

Я правильно сделал, что взял Абарая лейтенантом. Он улыбается за троих, так что мне можно даже не париться. Если ещё я начну улыбаться, то на шестом отряде можно ставить крест — и в полном составе в цирк-шапито.

Иногда мне не хватает поганца Ичимару. Как он там, в Уэко Мундо? От него было больше пользы тут — по крайней мере, не расслаблялись. А сейчас даже скучно: если что-то случится, то примчится Куросаки и начнёт всё страстно расхлёбывать. Да, он вчера таки заявился. Сидит, делает вид, что болтает с Рукией, а у самого рожа хитрая-хитрая… Пойду приведу отряд в боевую готовность — этот рыжий просто так не приходит.

Меня обокрали. Какой-то урод выломал сёдзи в моей комнате, и унёс. Теперь не комната, а вокзал. Куросаки учит Рукию запускать воздушного змея. Интересно, почему этот змей так похож на сёдзи? О_О

Приходила Мацумото-фукутайчо, просила политического убежища. За ней гоняется сумасшедший портной-квинси и просит допустить его к телу. Говорит, что хочет сшить ей что-то эротичное. Глупый юноша… С такими данными, как у Рангику, эротично будет смотреться даже мешок из-под риса.

Жизнь не справедлива. С другой стороны, в большой семье ушами не хлопают. В Руконгае обнаружилось гнездо каких-то хищных холлоу, мы там были спустя пару минут после приказа. Приходим — а там одиннадцатый отряд жарит шашлыки и ни одного холлоу. И — конечно, Куросаки с ними.

Иноуэ — милая девушка. Она вызывает у меня приступы умиления и ностальгии. Эдакая помесь Хисаны и Рангику.

Под утро приходил какой-то призрак плачущего гепарда-альбиноса. Выглядит, как арранкар — тощий, в белом, глаза зелёные, под глазами кавайные полосочки, как на морде гепарда. Долго таращился на меня из сада, пока не выскочила гостящая у Рукии Иноуэ и не утащила его куда-то в дальний угол сада. Подумываю оставаться ночевать в кабинете на работе — всё равно дома толпы народу.

Ренджи, ещё раз застану, читающим мой дневник — покрошу в стружку!

/криво, карандашом, почерком Абарая/
Я никому не расскажу, Бьякуя. Я это… в общем ты понял.

И в качестве бонуса два эксклюзивных анекдота собственного изготовления (приснились):

Тренируется Рукия вызывать банкай, Бьякуя наблюдает.
— Второй танец, Бьякурен!
— Рукия!!! Ты снова лазила в интернете, и я даже знаю на каких страницах!
— Прости, брат... Второй танец, Хакурен! Кстати, а откуда ты знаешь, на каких страницах я лазила?
Бяка медленно краснеет.
— Они у меня в "Избранном".

— Вы слышали, Кира Изуру снова занялся лечебной практикой.
— Ну, это неудивительно, он же был в четвёртом отряде. А что же он лечит?
— Импотенцию. Делает суровое лицо, наклоняется к паху пациента и говорит: "Подними голову, Вабиске".

Это вместо того, чтобы работать, пишется всякая Бяка...

Кон сошёл с ума. И не мудрено — увидеть, как голые Рангику и Халибел пьют на брудершафт в бане… Иноуэ там тоже была. В общем, Кон сам виноват — он за тем туда и залез, но ведь он думал, что придёт мыться только Иноуэ, а она пришла не одна. Отловили плюшевого Кона возле Уноханы-тайчо, он как раз собирался проверить капитана четвёртого отряда на соответствие увиденным стандартам. В общем, пусть радуется, что остановили.

Пока возились с восставшими занпакто я чуть язык не сломал, выговаривая имя Мурамасы. В общем, я просто счёл, что зря этот клон Крюгера носит имя великого мастера из мира живых. Меч от Мурамаса для самурая — это всё равно, что для Заэля трусы от Кельвина Кляйна. Так что Мурамасу я назвал Масиком. Масик обиделся. Что за обидчивый народ, эти занпакто: в морду плюнешь — драться лезут.

Иноуэ (милая девочка) вызвалась приготовить ужин. Испекла нам суп и сварила каких-то страшных кнедликов. Так что я пошёл к Рангику — пить сакэ.
ЗЫ: с удивлением обнаружил, что Рангику ушла в гости ко мне. Но это ничего — зато все остальные тут: Рукия, Абарай и бледный Куросаки. Видимо, Орихиме заставила его пробовать десерт на соль и перец.

Замирились с арранкарами. Сунули Вандервайса в четвёртый отряд, он ушёл чистить канализацию и не вернулся. Я вот сейчас задумчиво смотрю на Джиругу и размышляю — может и его стоит туда послать?

Мой мир снова разлетелся на куски. С грохотом! Я и сейчас слышу, как грохочет — мне дали третьим офицером Гриммджоу. Я ничего не имею против, что вы, что вы… Просто Кенпачи ходит ко мне, как на работу, а Ячиро ноет «Отдай Кису, ну отдай Кису». Я бы отдал. Но мне эстетство не позволяет. Вот я ещё к себе Заэля выпишу, и будет у меня свой типа Юмичика и свой типа Мадараме. Ой, вот только брить Кису… тьфу, Гриммджоу наголо… ладно, выучит лаки-денс, и тоже нормально будет.

ЗЫ: только Абарая на плече постоянно таскать я не буду.

Откуда в бывшей Эспаде столько бабья??? Айзен что, гетеросексуал?

Оказывается, Эспаду обшивал тот самый юноша-квинси. Я даже не удивлён — посмотрите на ту афро-мандаринку, что строила мне глазки.

Дошёл смысл фразы «моя дорогая Эспада». Это же сколько денег грохнул Айзен…

Забегала в гости Халибел. Сказала, что у меня жарко, расстегнула свою кофточку. Чтобы ей стало попрохладнее, я нарисовал ей священную гору Фудзи. Две штуки. Ассоциативно так…